Panáček v říši mluveného slova stránky přátel rozhlasových her a mluveného slova vůbec

Jevgenij Ivanovič Zamjatin. Rozhlasová dramatizace románu z roku 1920.

Účinkují Andrej Tolubjejev, Světlana Krjučkova a Valerij Ivčenko.

Natočilo Leningradské radio v roce 1989 (135 min.).

Pozn.: Евгений Иванович Замятин. Мы – Роман (1920-1921, опубл. 1952)
Далекое будущее. Д-503, талантливый инженер, строитель космического корабля «Ð˜Ð½Ñ‚еграл», ведет записки для потомков, рассказывает им о «Ð²Ñ‹ÑÐ¾Ñ‡Ð°Ð¹ÑˆÐ¸Ñ… вершинах в человеческой истории» – жизни Единого Государства и его главе Благодетеле. Название рукописи – «ÐœÑ‹». Д-503 восхищается тем, что граждане Единого Государства, нумера, ведут рассчитанную по системе Тэйлора, строго регламентированную Часовой Скрижалью жизнь: в одно и то же время встают, начинают и кончают работу, выходят на прогулку, идут в аудиториум, отходят ко сну. Для нумеров определяют подходящий табель сексуальных дней и выдают розовую талонную книжку. Д-503 уверен:

«ÐœÑ‹» – от Бога, а «Ñ» – от диавола.

Как-то весенним днем со своей милой, кругло обточенной подругой, записанной на него 0-90, Д-503 вместе с другими одинаково одетыми нумерами гуляет под марш труб Музыкального Завода. С ним заговаривает незнакомка с очень белыми и острыми зубами, с каким-то раздражающим иксом в глазах или бровях. 1-330, тонкая, резкая, упрямо-гибкая, как хлыст, читает мысли Д-503.

Через несколько дней 1-330 приглашает Д-503 в Древний Дом (они прилетают туда на аэро). В квартире-музее рояль, хаос красок и форм, статуя Пушкина. Д-503 захвачен в дикий вихрь древней жизни. Но когда 1-330 просит его нарушить принятый распорядок дня и остаться с ней, Д-503 намеревается отправиться в Бюро Хранителей и донести на нее. Однако на следующий день он идет в Медицинское Бюро: ему кажется, что в него врос иррациональный №1 и что он явно болен. Его освобождают от работы.

Д-503 вместе с другими нумерами присутствует на площади Куба во время казни одного поэта, написавшего о Благодетеле кощунственные стихи. Поэтизированный приговор читает трясущимися серыми губами приятель Д-503, Государственный Поэт R-13. Преступника казнит сам Благодетель, тяжкий, каменный, как судьба. Сверкает острое лезвие луча его Машины, и вместо нумера – лужа химически чистой воды.

Вскоре строитель «Ð˜Ð½Ñ‚еграла» получает извещение, что на него записалась 1-330. Д-503 является к ней в назначенный час. 1-330 дразнит его: курит древние «Ð¿Ð°Ð¿Ð¸Ñ€Ð¾ÑÑ‹», пьет ликер, заставляет и Д-503 сделать глоток в поцелуе. Употребление этих ядов в Едином Государстве запрещено, и Д-503 должен сообщить об этом, но не может. Теперь он другой. Ð’ десятой записи он признается, что гибнет и больше не может выполнять свои обязанности перед Единым Государством, а в одиннадцатой – что в нем теперь два «Ñ» – он и прежний, невинный, как Адам, и новый – дикий, любящий и ревнующий, совсем как в идиотских древних книжках. Если бы знать, какое из этих «Ñ» настоящее!

Д-503 не может без 1-330, а ее нигде нет. Ð’ Медицинском Бюро, куда ему помогает дойти двоякоизогнутый Хранитель S-4711, приятель I, выясняется, что строитель «Ð˜Ð½Ñ‚еграла» неизлечимо болен: у него, как и у некоторых других нумеров, образовалась душа.

Д-503 приходит в Древний Дом, в «Ð¸Ñ…» квартиру, открывает дверцу шкафа, и вдруг… пол уходит у него из-под ног, он опускается в какое-то подземелье, доходит до двери, за которой – гул. Оттуда появляется его знакомый, доктор. «Ð¯ думал, что она, 1-330…» – «Ð¡Ñ‚ойте тут!» – доктор исчезает. Наконец! Наконец она рядом. Д и I уходят – двое-одно… Она идет, как и он, с закрытыми глазами, закинув вверх голову, закусив губы… Строитель «Ð˜Ð½Ñ‚еграла» теперь в новом мире: кругом что-то корявое, лохматое, иррациональное.

0-90 понимает: Д-503 любит другую, поэтому она снимает свою запись на него. Придя к нему проститься, она просит: «Ð¯ хочу – я должна от вас ребенка – и я уйду, я уйду!» – «Ð§Ñ‚о? Захотелось Машины Благодетеля? Ð’Ñ‹ ведь ниже сантиметров на десять Материнской Нормы!» – «ÐŸÑƒÑÑ‚ÑŒ! Но ведь я же почувствую его в себе. И хоть несколько дней…» Как отказать ей?.. И Д-503 выполняет ее просьбу – словно бросается с аккумуляторной башни вниз.

1-330 наконец появляется у своего любимого. «Ð—ачем Ñ‚Ñ‹ меня мучила, зачем не приходила?» – «Ð может быть, мне нужно было испытать тебя, нужно знать, что Ñ‚Ñ‹ сделаешь все, что я захочу, что Ñ‚Ñ‹ совсем уже мой?» – «Ð”а, совсем!» Сладкие, острые зубы; улыбка, она в чашечке кресла – как пчела: в ней жало и мед. И затем – пчелы – губы, сладкая боль цветения, боль любви… «Ð¯ не могу так, I. Ты все время что-то недоговариваешь», – «Ð Ñ‚Ñ‹ не побоишься пойти за мной всюду?» – «ÐÐµÑ‚, не побоюсь!» – «Ð¢Ð¾Ð³Ð´Ð° после Дня Единогласия узнаешь все, если только не…»

Наступает великий День Единогласия, нечто вроде древней Пасхи, как пишет Д-503; ежегодные выборы Благодетеля, торжество воли единого «ÐœÑ‹». Чугунный, медленный голос: «ÐšÑ‚о «Ð·Ð°» – прошу поднять руки». Шелест миллионов рук, с усилием поднимает свою и Д-503. «ÐšÑ‚о «Ð¿Ñ€Ð¾Ñ‚ив»?» Тысячи рук взметнулись вверх, и среди них – рука 1-330. И дальше – вихрь взвеянных бегом одеяний, растерянные фигуры Хранителей, R-13, уносящий на руках 1-330. Как таран, Д-503 пропарывает толпу, выхватывает I, всю в крови, у R-13, крепко прижимает к себе и уносит. Только бы вот так нести ее, нести, нести…

А назавтра в Единой Государственной Газете: «Ð’ 48-й раз единогласно избран все тот же Благодетель». А в городе повсюду расклеены листки с надписью «ÐœÐµÑ„и».

Д-503 с 1-330 по коридорам под Древним Домом выходят из города за Зеленую Стену, в низший мир. Нестерпимо пестрый гам, свист, свет. У Д-503 голова кругом. Д-503 видит диких людей, обросших шерстью, веселых, жизнерадостных. 1-330 знакомит их со строителем «Ð˜Ð½Ñ‚еграла» и говорит, что он поможет захватить корабль, и тогда удастся разрушить Стену между городом и диким миром. А на камне огромные буквы «ÐœÐµÑ„и». Д-503 ясно: дикие люди – половина, которую потеряли горожане, одни Н2, а другие О, а чтобы получилось Н2О, нужно, чтобы половины соединились.

I назначает Д свидание в Древнем Доме и открывает ему план «ÐœÐµÑ„и»: захватить «Ð˜Ð½Ñ‚еграл» во время пробного полета и, сделав его оружием против Единого Государства, кончить все сразу, быстро, без боли. «ÐšÐ°ÐºÐ°Ñ нелепость, I! Ведь наша революция была последней!» – «ÐŸÐ¾ÑÐ»ÐµÐ´Ð½ÐµÐ¹ – нет, революции бесконечны, а иначе – энтропия, блаженный покой, равновесие. Но необходимо его нарушить ради бесконечного движения». Д-503 не может выдать заговорщиков, ведь среди них… Но вдруг думает: что, если она с ним только из-за…

Наутро в Государственной Газете появляется декрет о Великой Операции. Цель – уничтожение фантазии. Операции должны подвергнуться все нумера, чтобы стать совершенными, машиноравными. Может быть, сделать операцию Д и излечиться от души, от I? Но он не может без нее. Не хочет спасения…

На углу, в аудиториуме, широко разинута дверь, и оттуда – медленная колонна из оперированных. Теперь это не люди, а какие-то человекообразные тракторы. Они неудержимо пропахивают сквозь толпу и вдруг охватывают ее кольцом. Чей-то пронзительный крик:

«Ð—агоняют, бегите!» И все убегают. Д-503 вбегает передохнуть в какой-то подъезд, и тотчас же там оказывается и 0-90. Она тоже не хочет операции и просит спасти ее и их будущего ребенка. Д-503 дает ей записку к 1-330: она поможет.

И вот долгожданный полет «Ð˜Ð½Ñ‚еграла». Среди нумеров, находящихся на корабле, члены «ÐœÐµÑ„и». «Ð’верх – 45°!» – командует Д-503. Глухой взрыв – толчок, потом мгновенная занавесь туч – корабль сквозь нее. И солнце, синее небо. Ð’ радиотелефонной Д-503 находит 1-330 – в слуховом крылатом шлеме, сверкающую, летучую, как древние валькирии. «Ð’чера вечером приходит ко мне с твоей запиской, – говорит она Д. – И я отправила – она уже там, за Стеною. Она будет жить…» Обеденный час. Все – в столовую. И вдруг кто-то заявляет: «ÐžÑ‚ имени Хранителей… Мы знаем все. Вам – кому я говорю, те слышат… Испытание будет доведено до конца, вы не посмеете его сорвать. А потом…» У I – бешеные, синие искры. На ухо Д: «Ð, так это вы? Ð’Ñ‹ – «Ð¸ÑÐ¿Ð¾Ð»Ð½Ð¸Ð»Ð¸ долг»?» И он вдруг с ужасом понимает: это дежурная Ю, не раз бывавшая в его комнате, это она прочитала его записи. Строитель «Ð˜Ð½Ñ‚еграла» – в командной рубке. Он твердо приказывает: «Ð’низ! Остановить двигатели. Конец всего». Облака – и потом далекое зеленое пятно вихрем мчится на корабль. Исковерканное лицо Второго Строителя. Он толкает Д-503 со всего маху, и тот, уже падая, туманно слышит: «ÐšÐ¾Ñ€Ð¼Ð¾Ð²Ñ‹Ðµ – полный ход!» Резкий скачок вверх.

Д-503 вызывает к себе Благодетель и говорит ему, что ныне сбывается древняя мечта о рае – месте, где блаженные с оперированной фантазией, и что Д-503 был нужен заговорщикам лишь как строитель «Ð˜Ð½Ñ‚еграла». «ÐœÑ‹ еще не знаем их имен, но уверен, от вас узнаем».

На следующий день оказывается, что взорвана Стена и в городе летают стаи птиц. На улицах – восставшие. Глотая раскрытыми ртами бурю, они двигаются на запад. Сквозь стекло стен видно: женские и мужские нумера совокупляются, даже не спустивши штор, без всяких талонов…

Д-503 прибегает в Бюро Хранителей и рассказывает S-4711 все, что он знает о «ÐœÐµÑ„и». Он, как древний Авраам, приносит в жертву Исаака – самого себя. И вдруг строителю «Ð˜Ð½Ñ‚еграла» становится ясно: S – один из тех…

Опрометью Д-503 – из Бюро Хранителей и – в одну из общественных уборных. Там его сосед, занимающий сиденье слева, делится с ним своим открытием: «Ð‘есконечности нет! Все конечно, все просто, все – вычислимо; и тогда мы победим философски…» – «Ð там, где кончается ваша конечная вселенная? Что там – дальше?» Ответить сосед не успевает. Д-503 и всех, кто был там, хватают и в аудиториуме 112 подвергают Великой Операции. Ð’ голове у Д-503 теперь пусто, легко…

На другой день он является к Благодетелю и рассказывает все, что ему известно о врагах счастья. И вот он за одним столом с Благодетелем в знаменитой Газовой комнате. Приводят ту женщину. Она должна дать свои показания, но лишь молчит и улыбается. Затем ее вводят под колокол. Когда из-под колокола выкачивают воздух, она откидывает голову, глаза полузакрыты, губы стиснуты – это напоминает Д-503 что-то. Она смотрит на него, крепко вцепившись в ручки кресла, смотрит, пока глаза совсем не закрываются. Тогда ее вытаскивают, с помощью электродов быстро приводят в себя и снова сажают под колокол. Так повторяется три раза – и она все-таки не говорит ни слова. Завтра она и другие, приведенные вместе с нею, взойдут по ступеням Машины Благодетеля.

Д-503 так заканчивает свои записки: «Ð’ городе сконструирована временная стена из высоковольтных волн. Я уверен – мы победим. Потому что разум должен победить».

Исполняется Андрей Толубеев, Светлана Крючкова, Валерий Ивченко.